Главная  »  Аналитика  »  Обзоры зарубежного виноделия  »  Австралийские иконы виноделия: Cемейная винодельня против корпорации  » 
 
 
 




АНАЛИТИКА
НЕДЕЛЯ ВИНОДЕЛИЯ МОЛДОВЫ 2018 КАТАЛОГ КОМПАНИЙ ПРАЗДНИК "НАЦИОНАЛЬНЫЙ ДЕНЬ ВИНА"
RU   EN   RO

Австралийские иконы виноделия: Cемейная винодельня против корпорации

Несколько раньше я уже цитировал небольшой материал из новой книги Mike Veseth «Вокруг света с 80-ю винами».

Сейчас другая глава. В ней автор делится своими размышлениями о двух выдающихся австралийских винодельнях – Penfolds и Henschke. Mike Veseth напоминает историю создания вин этих хозяйств. (Перевод с английского мой и недословный.)

“…Виноделом Penfolds в период 1948 по 1975 годы был Max Schubert (Макс Шуберт).

В первой половине 20-го века Австралия славилась прежде всего своими креплеными винами. Нанимая на работу Шуберта, владельцы хозяйства были уверены, что он пойдет уже известным путем и будет продолжать производство подобных крепленых вин. Но после визита Макса в Бордо его планы резко поменялись и по возвращению в Австралию он начал заниматься производством вин, сравнимых с лучшими французскими. Он начал свои эксперименты в 1951 году в винном подвале, расположенном в городе Аделаида. Шестью годами позже Макса пригласили в штаб-квартиру компании в Сиднее продемонстрировать результаты его экспериментов. Вино попробовали… и сказали, что проект стоит закрыть. Оно не соответствовало вкусам того времени, господствовавшим на австралийском рынке. Проект «Grange» или как позднее его называли «Penfolds Grange Hermitage» (до 1989 года, потом просто Penfolds Grange) на бумаге умер. Однако это не остановило Шуберта от продолжения своих экспериментов. В конечно итоге подвалы Аделаиды находились слишком далеко от офиса боссов в Сиднее и частых проверок не стоило опасаться. Макс смешивал вина с различных виноградников и других регионов Австралии в поисках наиболее удачной смеси. В 1960 году совет директоров компании решил повторно проверить качество вин, втихаря созданных Шубертом. На этот раз проект был одобрен. Что произошло? Вина Макса предполагали достаточно длительное хранение в подвале, чтобы все компоненты вина развились надлежащим образом. И по прошествии некоторого количества лет они достигли своего пика. Кроме того, за это время сменились и вкусы австралийских потребителей. Производство Grange было поставлено на законные основания и это вино по справедливости завоевало множество призов и наград, став своеобразной винной иконой Пятого континента.

Последующие виноделы хозяйства, включая нынешнего, Peter Gago (Питер Гаго), продолжают каждый год создавать мультирегиональные винные смеси, получая прекрасные вина.

Макс Шуберт был не единственным в 1950-х годах, кто хотел изменить винный вектор австралийского виноделия с крепленых вин на отличного качества столовые вина. Представитель четвертого поколения виноделов Cyril Alfred Henschke (Кирилл Альфред Хеншке) также начал движение в сторону создания вин европейского стиля.

В 1956 году 2/3 вин Henschke были креплеными. А уже в 1959 вся его продукция представляла собой столовые вина европейского образца. Почему это получилось у него так быстро? Ему, в отличие от Шуберта, не надо было это держать в секрете, пряча свою деятельность от сиднейских боссов. Henschke – это семейный бизнес, расположенный в Barossa Valley, и он мог вносить любые изменения в свою винодельческую практику, но при этом и все риски он брал на себя. Cyril Henschke пошел по тому же пути, что и Max Schubert: он смешивал виноград из различных зон, но в конечном итоге в основу своей модели он положил значение виноградника, а вот Шуберт – важность винодела.

Первое свое выдающееся вино Henschke выпустил в 1958 году и называлось оно Henschke Hill of Grace.

Вино было сделано с одного виноградника, которому уже тогда было почти 150 лет, и выражало особенности данного участка или, как говорят, его терруар.


Старая лоза виноградника Hill of Grace

Кирилла сменил его сын Stephen (Стефан), он и сейчас является главным виноделом в этом хозяйстве, который идет по модели отца – вина делаются с одного виноградника с очень старых лоз, которые дают очень небольшой урожай, но ягоды необычайно концентрированного вкуса.

Если Grange – это в первую очередь искусство винодела, то Hill of Grace – выражение природы на конкретном участке земли. Чему отдать предпочтение? Ведь оба вина сделаны из одного и тоже сорта винограда – шираза, и оба были произведены примерно в одно время, и оба они оказали значительное влияние на историю австралийского виноделия.

Семейственность в виноделии: добро или зло?

Старые вина – это одна вещь, а вот старые винодельни – это совсем другое. Сам факт того, что семейная винодельня «продержалась на плаву» столько времени, заслуживает уважения. Здесь стоит остановиться на теме, а насколько семейственность важна в мире виноделия?

Мне как-то попалась статья в журнале The Economist от ноября 2014 года, где говорилось о том, что семейные бизнесы достаточно важный элемент в постиндустриальном капитализме. Семейные компании прекрасно себя чувствовали на этапе раннего капитализма, когда очень ценилось доверие, репутация и финансы для развития бизнеса черпались из средств самой семьи. Но небольшие семейные фирмы имеют и свои минусы – есть определенные пределы, масштабы, охват, долгожительство, которых они просто не могут перешагнуть. Динамизм, который наблюдается в момент основания такой семейной компании, постепенно уходит и со временем такой бизнес «съеживается», уменьшается, устаревает, не поспевает за временем и переходит в руки посторонних. Современный опыт говорит о том, что нынешние компании становятся невероятно рационализированными и лучше всего управляются высокопрофессиональными и хорошо образованными сторонними менеджерами, а не членами одной семьи от поколения к поколению. Не столь рациональные, не очень профессиональные семейные бизнесы играют все меньшую роль в современном мире. Структура семейного управления подразумевает лимитированный доступ к капиталу и финансам и делает расширение компании или ее эффективный менеджмент достаточно проблематичными. Однако, если говорить о мире вина, то здесь много известных имен – это семейный бизнес на много поколений. Примеры: калифорнийские Gallos или Ruperts из Южной Африки. Это семейные бизнесы уже многие поколения. А вот, например, другой семейный винный бизнес – итальянская семья Antinori, но она широко пользуется для своего развития заимствованием денег со стороны, не полагаясь только на свои собственные ресурсы. Знаменитая лондонская виноторговая семейная компания Berry Bros. & Rudd, известна тем, что успешно преодолевала на протяжении 17-ти (!) поколений краткосрочные кризисы, но при этом всегда старалась заглянуть в будущее, за горизонт, что и позволило ей дожить до сегодняшних дней.

Почему же семейные винодельни столь живучи, несмотря на их определенные экономические ограничения? Такие винодельни имеют многопоколенчатый подход к бизнесу и могут находить отличный баланс между краткосрочной прибылью и долгосрочными ценностями. Крупные корпорации в первую очередь интересуются текущим поквартальным состоянием дел, достижением немедленных финансовых целей в ущерб долговременным интересам. Когда речь идет о том, чтобы заглянуть в будущее, семейный бизнес имеет преимущества перед индустриальными монстрами. Винный бизнес обязан просчитывать свое даже далекое будущее хотя бы потому, что виноградная лоза – это многолетняя с/х культура, а не однолетняя, как например, кукуруза или соевые бобы, и успешная винодельня должна тоже быть многолетней.

С моей точки зрения, главное отличие между семейным винным бизнесом и корпоративным – это роль таких активов, как имя бренда и его репутация. Многие семейные винодельни считают своей главной целью защищать честь и репутацию своего бренда и это приносит свои дивиденды в будущем. С другой стороны, часть корпораций идет на некоторое понижение престижа и репутации своего бренда для достижения краткосрочных прибылей.

В качестве примера хочу привести известную австралийскую компанию Treasury Wine Estates. На одном из этапов своего развития руководство компании решило разработать новые винные бренды, которые брали бы за основу уже существующий раскрученный, престижный и дорогой бренд и понизить его до уровня продукта массового рынка, который бы использовал репутацию исходного знаменитого бренда. Нечто аналогичное можно найти и в других областях. Так престижный дом моды Versace (Версаче), рассчитанный на очень состоятельных потребителей, достаточно удачно разработал линию своей продукции для ритейла массового рынка в виде бренда H&M. Невольные положительные ассоциации в голове потребителя между менее качественным продуктом и исходным престижным, помогают лучше продавать продукт массового рынка. Если это сработало для одежды и обуви, почему оно не может произойти и в винной индустрии? Правда здесь важно не перейти границу. Знаменитый бренд Pierre Cardin (Пьер Карден) в конце концов растворился в массе дешевых продуктов под знаменитым логотипом.

Для вин региональная идентичность куда более важна, чем для других производств. Тот же Treasury Wine Estates имеет в своем портфеле несколько известных региональных брендов, которые напрямую ассоциируются с конкретными районами и являются ценными активами. Но если Treasury будет использовать для своих вин сырье со всего мира, то о региональных брендах стоит позабыть. Для этой компании глобализация винных брендов куда более важная задача, чем продвигать местные. Если семейная фирма всячески сопротивляется корпоративному мышлению и пытается защитить свои ключевые активы, как престижность бренда, его репутацию, его региональную идентификацию, то корпорациями в первую очередь двигают стимулы за счет своих брендов расширить долю на рынке.

Теперь стоит от этих размышлений вернуться к тому с чего было начато: два австралийских знаменитых вина – Penfolds Grange и Henschke Hill of Grace. Оба вина имеют длинную историю, обе винодельни начинали как семейные фирмы. Но если Henschke так и осталась в своей оригинальной семейной форме, то Penfolds стал значительно крупнее и имеет большую экспансию и охват. В 1990 году винодельню купила компания Southcorp, которая еще занималась пивом и производством водяных нагревателей (!) Затем компания сфокусировалась только на производстве вина, а под конец была куплена в 2005 году пивной компанией Foster’s, которая искала пути диверсификации своей продукции. Foster’s испытывал не лучшие финансовые времена, наступил глобальный финансовый кризис, а покупка акций Southcorp прошла на пике их цены. Из-за финансового давления Foster’s выделил приносящую малый доход винную составляющую своего портфеля в отдельную компанию под названием Treasury Wine Estates. Так Penfolds переходил из рук в руки вместе со всеми этими пертурбациями и в портфеле уже Treasury винодельня сияет яркой звездой. (Макс Шуберт был бы доволен!) На сегодняшний день Treasury отчитывается хорошими продажами и ростом прибыли. Я надеюсь, что Penfolds сможет выжить и поддержать свой уровень качества и заслуженную репутацию и через большие объемы продаж на массовом рынке, и через поставки исходного сырья со всего мира.

Мне нравятся оба вина, я восхищаюсь обоими виноделами, которые создали их. Но если быть честным до конца, я предпочитаю больше Henschke Hill of Grace. Это вино, с моей точки зрения, в полной мере отражает саму идею вина…”

A Russian's view from Denver


 

Яндекс цитирования