Главная  »  Новости  »  Зарубежные новости  » 
 
 
 





НОВОСТИ
НЕДЕЛЯ ВИНОДЕЛИЯ МОЛДОВЫ 2018 КАТАЛОГ КОМПАНИЙ ПРАЗДНИК "НАЦИОНАЛЬНЫЙ ДЕНЬ ВИНА"
RU   EN   RO

Время закрывать шампанское: как развалился главный алкогольный завод Урала

Эти свердловские компании когда-то гремели на всю страну, а сегодня на то, что осталось после их банкротства, годами не могут найти покупателей. Истории невероятных взлетов и падений легендарных брендов читайте в новом спецпроекте Е1.RU.

Екатеринбургский виншампанкомбинат (ЕВШК) в прошлом — крупнейший завод на Урале по производству алкоголя. До конца 2018 года на предприятии должно завершиться конкурсное производство. Сейчас он проходит второе банкротство, новых инвесторов для предприятия не нашлось. На этом история завода закончится.

По официальной версии, виншампанкомбинат работал в городе с 1934 года. Но в реальности предприятие запустилось на 35 лет позже. Дело в том, что комбинат был объединен с Уральским винным заводом (он был расположен на Чернышевского, 5). Этот завод был основан в 30-х годах, а после объединения предприятий в качестве пиар-хода собственники решили вести отсчет запуска от более старого производства.

Первая бутылка советского шампанского на комбинате была выпущена 8 марта 1970 года. Тогда завод был рассчитан на производство 3,2 млн бутылок шампанского в год.

Само производство располагалось по адресу переулок Проходной, 1 на Сортировке. Оно состояло из трех основных цехов: по приемке и обработке виноматериалов, по производству шампанского и розливу вин и по производству крепкого алкоголя.

За свою историю ЕВШК помимо советского и российского шампанского выпускал водку «Семь ключей», «Екатерина», «Генерал де Геннин», вина «Старая крепость», «Верхотурская таможня», «Деметра», «Розовая чаша», «Дольче Вита» и многое другое, а также линейку коньяков и слабоалкогольных напитков.

Чем дальше от винограда, тем выгоднее

Завод строился быстрыми темпами, установка и наладка технологического оборудования у молодых специалистов заняли полгода. Почти все алкогольные заводы, которые тогда строились, власти требовали ввести в эксплуатацию до конца декабря 1969 года.

— Этому предшествовала разработанная советскими властями политика расширения виноделия на восток, — рассказал E1.RU бывший гендиректор предприятия Геннадий Пищиков (работал на комбинате с момента открытия, возглавлял его в 1999–2002 годах). — Одновременно с Екатеринбургом такие заводы строились в Тольятти, Новосибирске и Хабаровске. Таким образом винное производство равномерно растянулось на весь Союз.

По его словам, в те времена было экономически выгоднее построить завод в регионе и возить с юга виноматериал для его переработки, чем поставлять уже готовую продукцию в бутылках.

— Виноматериал (молодое вино, которое требует дополнительной обработки для стабилизации и очистки. — Прим. ред.) везли из Молдавии, Одесской области, Ставропольского и Краснодарского краев. В Екатеринбург в год приходило 250–300 цистерн, каждая на 60 тонн, — говорит Геннадий Борисович.

Пик производства шампанского на екатеринбургском предприятии пришелся на 1994 год, когда было выпущено 10,5 млн бутылок. Дальше производство постепенно падало и по экономическим и по политическим причинам. Но в 80-х и 90-х годах предприятие было монополистом, занимая, по разным оценкам, около 60–70% местного рынка производства алкоголя. Комбинат постоянно участвовал в специализированных выставках-конкурсах, на которых и шампанское и водка екатеринбургского производства признавались одними из лучших в стране.

Предприятие работало по технологии непрерывной шампанизации. Этот метод считается вторым по качеству выпускаемой продукции после классической бутылочной, которая применяется в основном на заводах с первичной переработкой, они расположены рядом с виноградниками.

— Я лично ездил и отбирал лучшее сырье: без него никакая технология не даст высококачественной продукции, — рассказывает Геннадий Пищиков. — У нас люди работали круглосуточно — в три смены, постоянно следили за процессом. На финише установки непрерывной шампанизации расположен аппарат, в котором генерируются биологически активные вещества, создающие качественные характеристики вина: аромат и вкус. Мы не делали никакую газировку — это было именно качественное игристое вино.

С качеством самой продукции тогда особых проблем не было, а вот к упаковке вопросы иногда возникали. Хорошая посуда тогда была в дефиците, а даже малейший дефект мог помешать открыть бутылку. После встречи нового, 2001 года Геннадий Пищиков был гостем на E1.RU и отвечал на вопросы наших читателей, многие из них касались именно бутылок, открыть которые не получилось под бой курантов.

«При ОПС «Уралмаш» ничего плохого не было»

В конце 90-х по всей стране начался передел промышленности, в том числе и на алкогольном рынке. Сообщений о захвате ЕВШК не было никогда. Согласно СПАРКу, 49% акций предприятия до 2005 года принадлежали компаниям «Нива-2000», «Мегатроник» и нескольким физлицам. Эти компании давно ликвидированы, но среди их владельцев были известные в городе лидеры ОПС «Уралмаш» Александр Хабаров, Сергей Терентьев, Александр Куковякин. А директором в 2002–2005 годах был Владимир Минеев, которого также называли человеком уралмашевских.

Каким образом и в какой момент пакеты акций отошли представителям группировки, однозначно сказать нельзя. В то время этот факт связывали с покровительством правительства области над членами группировки. На самом предприятии говорили, что акции были официально выкуплены. Лишь в 2012 году, когда полиция заявила о громком уголовном деле в отношении бывших участников ОПС «Уралмаш», официально было заявлено, что ЕВШК входил в число 27 предприятий региона, которые полностью или частично были захвачены.

Оставшиеся акции — 51% — с 2000 года были переданы ФГУП «Росспиртпром». По постановлению правительства РФ, госструктуре тогда отошли доли во многих алкогольных заводах России.

— В том, что пришли люди с ОПС «Уралмаш», не было ничего плохого. Мы двигались вперед и в качестве, и в развитии. Был разработан комплексный план развития предприятия, основанный на техническом переоснащении и внедрении наших новейших разработок. Закупалось оборудование из Италии, а также у отечественных производителей. Конечной целью было в течение пяти лет организовать производство лучшего в стране игристого вина резервуарным способом и нарастить объемы производства. Они вкладывали деньги, в том числе и заемные. Я думаю, что все кредиты мы бы выплатили в течение ближайших лет, а комбинат продолжал бы нормально работать, — говорит Геннадий Пищиков.

Болезненным для ЕВШК оказался уход уралмашевских. Зимой 2005 года в СИЗО умер Александр Хабаров. И ОПС начало лихорадить, что ослабило их влияние на многих предприятиях.

— В то время ослабилась организационно-финансовая структура внутри ОПС. И на предприятие набросились москвичи, — говорит Геннадий Пищиков.

В тот же период начали говорить, что именно из-за смерти Хабарова интересы предприятия перестали отстаивать и областные власти.

Росспиртпром все эти годы не вмешивался в работу завода, а весной 2005 года сместил с поста гендиректора Владимира Минеева. Он пытался оспорить это решение в суде, но проиграл.

После этого Росспиртпром провел проверку комбината, по итогам которой выяснил, что собственники выводили продукцию через свои фирмы, чем нанесли ущерб предприятию на десятки миллионов рублей. Долги предприятия перед банкротством оценивались в размере около 400 миллионов. Тогда Росспиртпром публично заявил, что совладельцы и региональные власти довели предприятие до тяжелого финансового состояния и, чтобы вывести его из кризиса, ему необходимо найти новых инвесторов через банкротство.

Заявление о банкротстве ЕВШК было подано в июле 2005 года. Согласно документам суда, общий долг предприятия составлял 324 млн рублей, из них 317 млн — перед банками. По итогам конкурсного производства, полностью задолженность была погашена перед сотрудниками и налоговой, а залоговым кредиторам выплатили 55%.

Арбитражным управляющим предприятия был назначен Эдуард Чу. По его словам, завод вошел в процедуру банкротства в полностью рабочем состоянии.

— Это было технологически оснащенное предприятие, с хорошим оборудованием, готовое начать работать в любой момент, — говорит он.

По словам Эдуарда Чу, областные власти обращались к нему с просьбой продать ЕВШК единым лотом одному профильному инвестору. Это позволило бы возобновить производство. При помощи правительства и удалось найти следующих собственников завода. В 2007 году на торгах активы ЕВШК выкупил за 180 млн рублей петербургский завод «Красный выборжец». Юридически завод был связан с московской компанией «Алко-Трейд» (специализируется на оптовой продаже алкоголя), которая впоследствии и зарегистрировала новое ЗАО «Екатеринбургский виншампанкомбинат». Предприятие начало вновь работать в 2008 году после трехлетнего простоя.

Для региона «Алко-Трейд» был знакомой компанией. В 2006 году он получил контроль над ООО «Уральская торгово-промышленная компания» (создано на базе Екатеринбургского ликероводочного завода) и занимался выводом из кризиса предприятия. Завод, кстати, тоже находился под контролем лиц, связанных с ОПС «Уралмаш». Среди них был и бывший гендиректор ЕВШК Владимир Минеев.

— Ситуация с ЕВШК в регионе не была уникальной. В то время банкротились по несколько раз и проводили ребрендинги все алкогольные предприятия, — рассказал E1.RU собеседник, который в те годы работал в минсельхозе региона. — «Алкона» (бывший ликероводочный завод) после банкротства дважды менял название, через несколько банкротств прошел завод «Звезда», была «Тагил-водка». Все они вышли из-под крыла ОПС: передел рынка был и именно он приводил к периодической остановке производств (во время банкротств и смены собственников). Это сказывалось на качестве продукции. А длительные отсутствия продукции на рынке, конечно, привели к тому, что потребители переориентировались на производителей из других регионов. Разница лишь в том, что ЕВШК смог просуществовать дольше всех.

Местному алкоголю не нашлось места

Планы у новых собственников ЕВШК были грандиозные: после трех лет простоя они планировали ежегодно производить 10 млн бутылок шампанского в год и 700 тыс. декалитров вина, занять 45% местного рынка, выйти на федеральный уровень, запустить новую продукцию. Компания на начальном этапе заявляла, что инвестирует в ЕВШК 200 млн рублей. Производство было запущено в короткие сроки — уже к концу 2008 года. Но судя по данным Росстата, в регионе в 2008–2010 годах постоянно падало производство алкоголя.

И хотя поставки продукции начались, ретейлеры говорят, что вернуть себе место на магазинных полках предприятию так и не удалось. С 2007 года алкогольный рынок Свердловской области уже на 70% состоял из ввозимой продукции. Основными игроками рынка стали производители из Питера, Челябинска и Тольятти.

В последние годы работы ЕВШК местная продукция, по разным оценкам, занимала не более 5–8% на рынке. В 2016 году завод сдал все свои действующие лицензии и снова ушел в банкротство. Долги предприятия, согласно реестру кредиторов, составили 288 млн рублей.

— Для региона смысл перезапуска завода, конечно, был — это и рабочие места, и поступления в бюджет, и вообще собственное производство — это всегда хорошо, — рассказал бывший чиновник минсельхоза. — Но произвести фурор возвращением на рынок не вышло — для этого нужна была огромная маркетинговая кампания. Трудно сказать, почему этого не случилось. Насколько я помню, завод даже ни разу не работал на полную мощность. Это была загрузка процентов на 20–30 — а для прибыльного бизнеса это очень мало. С 2010 года снова начались простои из-за конфликта с Росалкоголем, который пытался лишить их лицензии. Снова пошли убытки. Собственникам было объективно тяжело ставить его на ноги, но власти вмешиваться в эту историю не могли.

Связаться с собственниками комбината E1.RU не удалось. А Николай Сараев, директор, который возглавлял завод последние перед банкротством годы, был не готов обсуждать историю завода.

На сегодняшний день, по словам Эдуарда Чу, около 70% оборудования ЕВШК продано на торгах: порезано и вывезено с площадки завода. Шансов продать оставшееся по высокой цене мало. К тому же, чтобы его демонтировать, придется разбирать стены здания завода, а у него другой собственник.

Сам завод — производственные мощности — был на одном юрлице, а здание — на другом. То есть завод последние годы арендовал эту площадь. Поэтому само здание завода в конкурсную массу при втором банкротстве не попало.

Сейчас здание арендуют несколько компаний. На рынке обсуждают, что в перспективе эта площадка будет продана под реализацию жилищного проекта.

— Я думаю, что мы в этом году закончим конкурсное производство. И на этом будет поставлена жирная точка на виншампанкомбинате, — подытожил Эдуард Чу.

«Они бизнесмены — у них в крови не было вина»

Геннадий Пищиков считает, что к краху завода привели крупные экономические ошибки стратегического характера со стороны нового менеджмента. Главные из них: закупка низкосортного сырья и применение примитивной технологии.

— Государство этот рынок перестало контролировать, а конкурирующие игроки рынка взяли предприятия и не смогли эффективно выстроить его работу. Они делали ставку на количество, а не на качество. Но на винодельческом рынке модель «меньше вложить и больше заработать» не работает. Это и привело к падению продаж и производства. Просто новые владельцы — чистые бизнесмены, у них в крови не было вина, — считает Геннадий Пищиков.

По его словам, после смены собственников комбинат перешел на технологию производства, которую использовали в 60-х годах — это метод резервуарной периодической шампанизации.

— При такой технологии виноматериал сбраживается, отфильтровывается и разливается в бутылки. Это позволяет за три недели выпустить готовую продукцию Но это давало не игристое вино, которое относили к типу шампанского, а натуральным способом газированное вино, — говорит он.

По словам директора Центра исследований федерального и региональных рынков алкоголя Вадима Дробиза, в России в целом с 2012 года произошло резкое падение производства шампанского и игристых вин. В то время предприятия закрывались десятками.

— В начале 50-х годов государственная политика была направлена на резкий рост производства винограда, вина и игристого вина. В результате к 80-м годам потребление вина выросло в семь-восемь раз, — рассказал Вадим Дробиз. — Виноградниками была засажена вся южная территория страны, и весь этот рынок контролировало государство. Последние 10–15 лет уже без господдержки производство винодельческой продукции продолжало расти, но структура рынка менялась.

Число производителей сокращалось — только в 2010–2013 годах с рынка ушло около 40% производителей во всех секторах алкогольной продукции. Происходило это под знаменем борьбы с нелегальным рынком. Но в итоге нелегальный рынок победила не эта реформа, а внедрение системы ЕГАИС (из-за ошибок в работе с системой и простаивал ЕВШК в 2011 году. — Прим. ред.). Что касается ЕВШК — это было известное производство в начале 2000-х годах и многие надеялись, что оно выйдет из кризиса. Завод закрылся одновременно с десятками других алкогольных предприятий по всей стране. Но это привело лишь к смене лидеров на рынке, на объемы производства в стране сокращение игроков рынка уже не повлияло.

Татьяна ДРОГАЁВА

E1.Ru


 

Комментарии

[нет комментариев]

Оставить комментарий

Имя:
E-mail:

Ваш вопрос:


Введите проверочное слово:

 
Яндекс цитирования